Значение Билла Гейтса

Когда 33 года назад Билл Гейтс стал одним из основателей Microsoft, в компании существовало правило: подчиненные не должны работать на начальника, который пишет программы хуже, чем они. Всего через пять лет, когда Microsoft чуть не рухнула от собственного роста, Гейтс нанял бизнес-менеджера – Стива Балмера, который начинал свою карьеру в компании Procter & Gamble, производящей мыло. Так основатель выкинул свое правило в мусорную корзину.

Пока Гейтс шел к положению богатейшего человека в мире, его непоколебимая вера в себя неоднократно терпела удары со стороны подобного прагматизма. Но эти особенности характера Гейтса в беспрецедентном объеме были выставлены на всеобщее обозрение лишь на этой неделе, когда этот ведущий бизнесмен своей эпохи ушел на покой, распрощался с делом всей своей жизни.

В качестве председателя совета директоров Microsoft, не выполняющего исполнительных функций, Гейтс будет в основном заниматься своим благотворительным фондом, посредством которого станет бороться с малярией и бедностью, а не с Google и министерством юстиции США. Для того чтобы в середине своей жизни выбрать столь сильных новых недругов, требуется колоссальная уверенность в себе, но это решение также вполне прагматично – и немного печально. Гейтс с огромнейшим удовольствием занимался повседневной рутиной, связанной с управлением корпорацией. Попрощаться со всем этим – значит признать, что его лучшая работа в Microsoft осталась в прошлом. Признать, что проклятие новатора – в его бренности.

Уроки Microsoft: как надо и как не надо

Как многие великие инновации, идея Гейтса стала выглядеть столь очевидной, что трудно представить себе мир в каком-то ином состоянии. В действительности Гейтс одним из первых уяснил две концепции, которые в то время был далеко не очевидны. Причем он понял их яснее и стремился к их воплощению более рьяно, чем конкуренты из Commodore, MITS или даже Apple.

Первая концепция состояла в том, что компьютерные технологии могут быть бизнесом с низкой маржей и большим объемом продаж. Пока не появилась Microsoft, лучшим источником прибылей было поддерживание элитной семьи очень солидных мейнфреймов. Гейтс осознал, что удешевление "железа", помноженное на мизерные расходы на производство дополнительных копий стандартного программного обеспечения, перевернет компьютерный бизнес вверх тормашками. Персональные компьютеры смогут оказаться "на каждом письменном столе, в каждом доме". Прибыль будет извлекаться из продажи компьютеров в больших объемах и по дешевке, а не из обслуживания нескольких компьютеров по высоким ценам. А компания, которая на старте займет крупную долю рынка, впоследствии станет лидером.

Гейтс также осознал, что производство "железа" и написание программ могут быть эффективнее поодиночке. Правда, фирмы типа Apple упорно сочетали производство операционных систем и "железа" – совсем как компании-производители мейнфреймов, зато Microsoft и Intel, разработчик микропроцессоров для персональных компьютеров, не оставили камня на камне от бизнес-модели компьютерного бизнеса. Компании-производители "железа" и "софта" занимались инновациями в экосистему, которую жестко контролировала "дуополия" Wintel и, несмотря на глюки и аварии, обычно много экономили на масштабе и прибылях. Когда могущественная IBM недальновидно предоставила Microsoft право продавать операционную систему для персональных компьютеров другим производителям "железа", она не понимала, что создает легионы собственных конкурентов. Зато Гейтс понимал.

В IT-индустрии любят смотреть на Microsoft свысока: мол, эта компания ничего не открыла, а лишь подражала другим. Верно, что эта компания вновь и вновь покупала или копировала чужие технические достижения. Собственно, даже самая первая операционная система для "персоналок" была основана на чужом коде. Но Гейтс проявлял свои изобретательские способности как предприниматель. Его гениальность состояла в том, что он понял, что ему требуется, и додумался, как этого добиться, сколько бы времени ни понадобилось. В отрасли, где новаторы часто относятся к чужим идеям с пренебрежением, готовность заимствовать оказалась смертоносным преимуществом.

И задумайтесь, что стряслось, когда Гейтсу изменил его прагматизм. В Microsoft Билла боялись из-за его беспощадного интеллекта, способности держать в голове все подробности и жестокой нетерпимости ко всем, кого он считал "тупыми". Но судебную систему просто так не запугаешь, и в видеозаписи вручения повестки, когда Microsoft привлекли к ответственности за нарушение антимонопольного законодательства, властный, вспыльчивый Гейтс, слегка раскачивавшийся в кресле, выглядел избалованным и высокомерным. То была одна из редких публичных демонстраций той уверенности в своем интеллектуальном превосходстве, благодаря которой Гейтс решился добиваться, чтобы весь мир подчинился его воле. Однако в тех немногочисленных случаях, когда ради будущего Microsoft Гейтсу приходилось идти на уступки миру, у него срабатывал предохранитель и он превращался в прагматика. Во время дела о нарушении антимонопольного законодательства этого не произошло и, как отмечала тогда наша газета, Гейтсу еще посчастливилось, что его компанию не раздробили.

Неотвратимость и темпераментность – вот две фирменных черты Гейтса-новатора. Третья – бренность статуса, характерная для всех первопроходцев. Эту концепцию блестяще изложил Клейтон Кристенсон из Harvard Business School. Совершенствование технологии хорошо управляемой компанией, которая обслуживает лучших клиентов, создает опасность вторжения со стороны более дешевой и менее качественной альтернативы, которая вполне устраивает остальных потребителей. Это отлично описывает ситуацию с Microsoft's Office, который теперь делает больше, чем чьей-либо душе угодно, – хотя Google и другие предлагают бесплатные базовые редакторы текста и таблиц.

Гейтс долго находился под впечатлением интерпретации Кристенсена – и даже попросил его посоветовать, как сдержать натиск конкурентов. Microsoft успешно нашла Windows новое применение – приспособила ее в качестве операционной системы для серверов. Также компания вышла в новые для себя сферы – например, мобильных устройств и компьютерных игр, а также щедро выделила миллионы долларов на самые разнообразные исследования (правда, особых результатов пока не видно). Несмотря на все эти усилия, персональный компьютер PC, любимое детище Гейтса, в итоге превратился всего лишь в интернет-терминал. В Сети Microsoft еще остается доказать свою значимость. Наблюдать за Microsoft в компании Google и Facebook – все равно как смотреть, как твой папа пытается продемонстрировать знакомство с модными веяниями.

Бизнес – дело хорошее

Гейтсу посчастливилось в том, что он идеально подходил для своей эпохи – но к эре программирования при наличии интернета, когда господствуют сотрудничество и фрагментированность, он приспособлен хуже. Но это не умаляет достижений Гейтса. Впрочем, его благотворительная деятельность, вопреки мнению некоторых, не обязательно умножает его достижения. Что бы ни говорили гуру корпоративной ответственности перед обществом, бизнес уже сам по себе является силой доброй воли: его самый полезный вклад в общество состоит в том, что он производит товары и приносит прибыль. Благотворительность не причисляет хорошего бизнесмена к лику святых – как и не обеляет плохого. Гейтс, несмотря на его недостатки, принадлежит к числу хороших бизнесменов. Некоторые великие промышленники – например, Генри Форд – упорно остаются у руля, хотя времена меняются и их власть слабеет. Гейтс – прагматик до последнего вздоха – уходит в отставку в момент, когда остается лидером.